Архив

29 июля 2016

БЕЗ КАПРИЗОВ И ОБИД

Открытое письмо редактору отдела культуры газеты «Советская Белоруссия» Виктории Поповой, написанное после прочтения статьи «Я танцевать хочу».

Добрый день, госпожа Виктория Попова!

Мы с Вами не один год проработали на «Славянском базаре».

Я всегда с большим интересом читаю Ваши статьи о фестивале, как впрочем, стараюсь знакомиться со всеми публикациями о «Славянском базаре». В них есть интересные предложения, замечания, идеи. Мы благодарны за это и стараемся учитывать Ваше мнение в дальнейшей работе.

Так же внимательно прочитал Вашу статью «Я танцевать хочу» («Советская Белоруссия», №139, 22 июля 2016 г.). Поясню читателям, это своеобразная рецензия на концерт «Золотой хит», состоявшийся в Летнем Амфитеатре в ночь с 15 на 16 июля.

Я даже позавидовал Вам, глянув на заголовок. Вот какой молодец Виктория Попова. Всем бы так! Не смотря на сложную, порой круглосуточную работу на фестивале, она хочет танцевать!

Но продолжая чтение, я почти в каждом абзаце сталкивался со словами и предложениями, после которых ещё раз смотрел на фамилию автора. Вы ли это написали? Я знаю Вас как высокопрофессионального журналиста, интеллигентного человека. И вдруг читаю: «...брутальные охранники. Как ястребы к котятам, летят они камнем к развесёлым бабёнкам-зрительницам». Я не берусь судить о работе секьюрити, есть специалисты, пускай они дадут ответ, как работала охрана, не мешала ли она проводить концерт или помогала в этом. Давайте, поговорим о Вашем образном литературном стиле. Когда Вы пишете о «бабенках-зрительницах», конечно же, имеете виду не себя, а каких-то провинциалок от конвейера или прилавка. По-моему, не стоит в таком уничижительном тоне писать о людях, которых Вы не знаете. Одно неуклюжее слово, непродуманное предложение может испортить даже роман (литературное произведение).

Я продолжил чтение и буквально через пять строк глаза наткнулись на пассаж о «восставших из ортопедических постелей нафталиновых певцах». Оставим в стороне журналистский штамп шестидесятых годов о нафталине. Но вот за двадцать пять лет на фестивале я так и не удосужился узнать, на каких постелях спят певцы. Может, меня это не очень интересовало? Всегда казалось, что для певца важнее голос, артистизм, контакт с залом. Вероятно, Вы лучше знаете подробности гостиничного бизнеса или неафишируемые стороны личной жизни известных людей. Сообщите мне как сведущий человек, ортопедические постели помогают или мешают певцу взять ноту «до» третьей октавы…

А следующий Ваш абзац сначала озадачил меня, а потом рассмешил. Там где Вы пишете о «не влезающем в экран ведущем Алексее Остудине». Я три фестиваля проработал вместе с Алексеем в фестивальном пресс-центре, где он вёл «Звездные часы». Ежедневно видел его и живьем, и на экране. И должен Вам признаться, он прекрасно вмещается даже в 17-инчевый монитор, не говоря уже о современных 50-инчевых, где он может свободно прилечь.

Я понимаю, шёл ночной концерт, всякое бывает, может, Вы перепутали Алексея с кем-то? Тогда стоит перед ним извиниться. Так же как стоит извиниться перед Светланой Лазаревой, которую Вы назвали (простите, Светлана!) «мумией».

Цитирую: «После Андерса вышла петь снова какая-то мумия...». Я посмотрел режиссёрский сценарий, после «симпатяги из “Модерн Токинг“» Томаса Андерса на сцену вышла Светлана Лазарева. Я полностью согласен со всеми хвалебными эпитетами в адрес Андерса. Его выступления и мне доставляют удовольствие.

Конечно, Светлана Лазарева певица другого плана, но и у неё есть свои поклонники, она интересна, умеет держать зал.

А слово «мумия»... Впрочем, значение этого слова Вы знаете не хуже меня... Может, снова, кого-то с кем-то перепутали. Ночные концерты порой бывают полны миражей, даже если в них не выступает Наталья Гулькина, принимавшая участие в «Золотом хите».

Я не знаю, что сказал за сценой Сергей Лазарев журналистам. Если что-то обидевшее Вас, то таких людей надо ставить на место тут же и прилюдно, какими бы известными или суперизвестными они ни были. Можно по-разному относиться к творчеству певца. Это естественно. Удивляет другое. Если он певец «по рублю штука», как Вы изволили написать, зачем же пресса, в том числе, и Вы так активно хотели взять у него интервью за кулисами? Может, эта логика только для избранных?

Я работаю на «Славянском базаре» с первого дня. И не помню, чтобы журналистам на фестивале хоть раз сказали, что надо писать, а что – не надо. Более того, каждый год на открытии и закрытии пресс-центра представители Дирекции обращаются к работникам СМИ с просьбой – «…пишите объективные статьи, делайте правдивые фильмы, телепередачи». Но как говорят на научных конференциях, «давайте договоримся о терминологии». Фестиваль, в названии которого есть слово «базар», совсем не повод переходить на лексику одноименных учреждений торговли.

Я не люблю, часто надуманных, рассуждений о «звёздной» болезни, но всё же она есть и порой лишает человека самооценки. И касается это не только представителей шоу-бизнеса...

Впрочем, последнее предложение в Вашей статье «Я танцевать хочу» подарило надежду, что всё поправимо. Вы написали: «Может, я капризничаю?». Мне многое стало понятным. Женские капризы бывают необъяснимы и непредсказуемы.

Желаю Вам интересных статей и творческих успехов.

До встречи на следующем «Славянском базаре», если он Вам по-прежнему интересен.

Аркадий Шульман,

работник фестиваля с большим стажем.